КАРТА САЙТА
  ПОИСК
полнотекстовый поиск
ФОРУМ ВИДЕО
ИГРЫ: НОВЫЕ    0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z А-В Г-З И-М Н-П Р-Я

ОРУЖЕЙНАЯ ПАЛАТА

Автор материала:
Александр Домингес
Опубликовано в журнале
«Лучшие компьютерные игры»
№3 (112) март 2011
вид для печати

Сокрытые в листве

Любая маскировка — очень тяжелый и ответственный процесс. На войне ленивый и неподготовленный — добыча смерти.

А.А. Потапов, «Искусство снайпера»

Наше с вами знакомство со стандартным общевойсковым камуфляжем, состоявшееся месяц назад, было бы неполным без рассмотрения «маскировки как искусства». Слово «искусство» здесь выступает отнюдь не метафорой — именно до такого уровня технику маскировки подняли военные снайперы. Взяв за основу опыт охотников, накопленный за десятки тысяч лет, и обогатив его собственным опытом — зачастую горьким, снайперы сумели стать практически идеальными «невидимками» в современной войне. Об их средствах и методах маскировки мы и поговорим в этой статье.

А в качестве приза для любителей военной техники я расскажу немного о том, как и от кого пытались защитить военные корабли камуфляжной окраской. И о том, что в итоге из этого вышло.

Абсолютный охотник

Кинематограф и компьютерные игры сформировали некий стандартный облик снайпера — бесформенное «нечто», напоминающее что угодно, но только не человеческую фигуру. Да, здесь, в принципе, все верно. Маскировочный комплект современного снайпера — это основа его незаметности и как следствие эффективности в боевых действиях. Но даже самая лучшая маскировка не сможет помочь, если не подходить к вопросу скрытности комплексно — пренебрежение хотя бы одной из сторон маскировки сводит на «нет» все усилия по выполнению всех остальных. Именно с точки зрения комплексного подхода мы с вами и начнем знакомство со снайперским искусством невидимости.

Если сравнивать между собой различные методические материалы, касающиеся снайперского дела (как отечественные, так и иностранные), то достаточно быстро станет заметным один факт — в вопросах методов и приемов маскировки все они практически полностью повторяют друг друга, отличаясь лишь в структурировании материала и последовательности его подачи. В принципе, это неудивительно, поскольку воинские уставы, как известно, пишутся кровью, а кровь эта проливается из-за ошибок, не ведающих национальных преград.

Из всех изученных мной материалов я, пожалуй, выберу US Army Field Manuals 23-10 «Sniper Training», поскольку он наиболее лаконичен. Все советы в нем, касающиеся скрытности, выглядят до смешного очевидными, но, если представить себе несоблюдение хотя бы одной рекомендации, их очевидность не покажется смешной. Итак...

Немного об очевидном

Зимний камуфляж не требует особой «лохматости». Она здесь скорее демаскирует, чем помогает скрыться.

Основная задача снайперской группы — уничтожение определенной цели точным огнем на большом расстоянии. Однако в ходе решения боевой задачи может случиться так, что противник (цель, патруль, вражеский снайпер) окажется слишком близко. В такой ситуации успешность действий группы будет определяться не только стрелковой подготовкой и навыками наблюдения, но и уровнем ее маскировочной дисциплины, то есть комплекса навыков, позволяющих снайперу поражать цели, не становясь при этом целью.

Для того чтобы стать специалистом по маскировке, снайпер должен четко понимать, что именно служит факторами обнаружения цели (в англоязычной терминологии target indicators). Разумеется, такое знание необходимо и для успешного обнаружения вражеских целей. К факторам обнаружения цели относятся звуки, запахи, движения, поведение животных и плохой камуфляж. Здесь, кстати говоря, уместно отметить, что абсолютно те же принципы применимы и к охотнику, желающему вернуться с трофеем.

Звуки более заметны в ночное время суток. Они могут быть вызваны движением человека, плохо пригнанным снаряжением, разговором. Речь, в отличие от прочих шумов, четко выделяется даже при очень малом уровне громкости, ее невозможно принять за естественные шумы окружения. Отсюда вывод — снайпер обязан быть молчаливым и педантичным в вопросах подгонки снаряжения.

Запахи, выдающие присутствие человека, — это приготовление пищи, костер, курение, мыло и лосьоны, репелленты. К примеру, при подветренном расположении некурящий человек может почувствовать запах табачного дыма на расстоянии ста метров, а курящий, страдающий от воздержания, возможно, учует его и за две сотни. Вывод — табак может убивать не только медленно, любовь к горячей пище при определенных обстоятельствах вредит пищеварению, а парфюмерные пристрастия, пусть даже и изысканные, далеко не всегда обеспечивают успех в обществе.

Снайпер немецкого подразделения KSK. Использование естественных элементов маскировки делает его практически невидимым.

Движения лучше всего заметны в светлое время суток, особенно утром. В вечерних сумерках способность глаза выделять движущийся объект на фоне местности снижается, а лунной ночью она может даже немного возрасти. Человеческий глаз способен различить направленное движение даже на хаотически движущемся фоне (к примеру, на фоне колышущейся листвы). Быстрое или прерывистое движение обнаруживается быстрее, чем медленное, плавное и непрерывное. Вывод — передвигаться по местности лучше всего поздним вечером, не забывая о снижении собственного зрительного восприятия. Короткие перебежки и резкие падения на землю недопустимы, снайпер должен чувствовать себя неторопливым увальнем.

Поведение животных, демаскирующее снайпера, — это фактор, который обычно вызывается небрежным отношением к предыдущим трем факторам. То, чего не заметит человек, с легкостью увидит, услышит или унюхает большинство представителей фауны. А вот взлетающих птиц, испуганных копытных или внезапно наступившую в лесу тишину человек непременно отметит и удвоит внимание. Если же на ствол винтовки сядет птица, а мимо позиции неторопливо проковыляет заяц, снайпер может себя поздравить — он сдал экзамен по предмету «маскировка» самым придирчивым экзаменаторам.

Плохой камуфляж совершенно не обязательно должен быть неудачно подобранным паттерном — такое безобразие можно считать абсолютным провалом еще до выхода на задание. Снайпера могут выдать мелочи — обувь, отличающийся по цвету ремень винтовки, наручные часы, блестящие потертости на оружии, неправильно наложенный камуфлирующий грим. Вывод — в вопросах камуфляжа нет и не может быть мелочей. Малейшее упущение может стать причиной демаскировки и гибели не только снайпера-растяпы, но и всей группы.

Зачастую ситуация складывается так, что для тщательной подготовки позиции нет времени или возможности. В таких случаях приходится импровизировать. Основные методы оперативной маскировки на местности можно разделить на три типа — сокрытие, смешивание и отвлечение внимания.

В таких очках можно фотографироваться. А при выходе на задание их лучше забыть на базе.

Сокрытие используется при наличии густой низовой растительности, полностью маскирующей снайпера на позиции и в движении. В этом случае наиболее важно выбрать позицию так, чтобы растительность скрывала снайпера, но не загораживала цели, а на вероятных путях экстренного отхода не оказалось проплешин или возвышенностей.

Смешивание подразумевает такой выбор позиции или пути движения, при котором снайпер, не скрытый растительностью, неразличим на ее фоне. Здесь играет роль не только грамотно подобранный камуфляж, но и правильное представление снайпера о его свойствах. Если снайпер на позиции или в движении хотя бы с одного ракурса, доступного противнику, виден на фоне неба, его не спасет от минометного обстрела даже самый безупречный камуфляж.

Отвлечение внимания не требует при подготовке долгого времени. Достаточно соорудить в стороне небрежно исполненную ложную позицию или обозначить какие-либо иные признаки деятельности человека — и внимание вражеского наблюдателя будет приковано к фальшивке. Причем наблюдатель может даже подозревать отвлекающее назначение замеченных признаков, но ничего с собой поделать не сможет. Такова уж особенность человеческой психики. А если таких позиций несколько, вероятность обнаружения истинной позиции, подобранной по всем правилам, будет исчезающе малой.

Румянец не всегда к лицу

Камуфляж — это основа снайперской маскировки. Он позволяет скрыть свое присутствие не только при пассивном наблюдении, но и в движении или ведении огня. Но и очень хороший маскировочный костюм окажется совершенно бесполезным, если в обрамлении тщательно подобранных травинок и веточек красуется физиономия, сияющая здоровым румянцем. Специалисты считают, что открытая кожа лица значительно выделяет солдата на фоне местности, причем не только за счет цвета (светлого на темном фоне и темного на светлом), но также за счет естественного блеска кожи и контраста с цветом обмундирования. Вопреки сложившимся стереотипам солдаты с темным цветом кожи не имеют в этом плане никаких преимуществ перед их светлокожими соратниками. Поэтому в армии США разработан и применяется в боевых условиях грим для окрашивания кожи в различные цвета и придания ей нехарактерной матовости.

На заметку: кроме камуфляжного грима, существует множество образцов лицевых масок, не только выполняющих маскировочную функцию, но и отлично защищающих лицо от кровососущих насекомых. Как правило, такие маски входят в состав серийных маскировочных комплектов военного применения.

Комплект камуфляжного грима для кожи состоит из двух туб, аналогичных тюбикам для губной помады, с жировой основой и двух туб с красящим составом. Красящий состав имеет такое свойство, что при повторном нанесении краски интенсивность окрашивания удваивается. Существует три комплекта маскировочного грима — «лесистая местность» включает в себя зеленый и серо-желтый цвета, «пустынная местность» — бледно-желтый и светло-зеленый, «снежная местность» — белый и серо-желтый.

Согласно FM 23-10, наиболее освещаемые части лица (лоб, скулы, нос, уши, подбородок) следует окрашивать более темным цветом, а затемненные (вокруг глаз, под носом, нижней губой и подбородком) — более светлым. При такой окраске идентификация лица заметно затрудняется. Как я уже упоминал в предыдущей статье, человек лучше распознает знакомые предметы и контуры.

Этот грим сложно назвать маскирующим. Скорее, он устрашающий.

На заметку: в современных фильмах военно-снайперской тематики иногда можно наблюдать совершенно нелепые варианты камуфляжной гримировки — угольно-черные подглазья, контрастные вертикальные полосы, симметричные лоснящиеся пятна. В реальности же грим должен быть максимально нефотогеничным. А красить под глазами черным имеет смысл только тем, кто стреляет с открытого прицела под полуденным солнцем.

До недавнего времени в распоряжении армии США был камуфляжный грим, обеспечивающий маскировку только в видимом диапазоне. В инфракрасном спектре он практически не влиял на распознавание, а в ультрафиолете загримированное лицо выглядело чудовищно ярким пятном. Современные красящие составы «смазывают» тепловой рисунок лица за счет своей непрозрачности и охлаждения кожи испарением (известно, что впадины и складки лица теплее, а потому выглядят в тепловизоре более яркими), не люминесцируют в ультрафиолете и не отражают его. Эти краски не смываются потом и водой, не обесцвечиваются от внешних воздействий, но с легкостью удаляются специальным жировым составом.

В настоящий момент ведутся работы над введением в состав камуфлирующего грима особых репеллентов, не обладающих различимым для теплокровных существ запахом. Предполагается также использование веществ, снижающих выработку кожей пахнущих составляющих пота или связывающих эти составляющие в нелетучие соединения.

Такая маска позволяет не тратить время на раскраску лица.

Лохматая винтовка

Оружие современного снайпера обычно имеет нейтральную или камуфляжную окраску, не дающую бликов. Самое важное, пожалуй, требование к нему — не иметь никаких блестящих деталей, могущих выдать позицию снайпера блеском отраженного источника света. Единственная неизбежно бликующая часть винтовки — это оптический прицел. Но его линзы делают просветленными, чтобы свести отражение света к минимуму.

Просветление линз — это нанесение на их поверхность одной или нескольких пленок, толщина которых выбирается особым образом. Свет определенной длины волны, отразившись от внешней и внутренней поверхностей пленки, интерферирует, то есть колебания световых волн накладываются друг на друга, суммируясь по закону сложения векторов. Если толщина пленки будет соответствовать четверти длины световой волны, то отраженный от внутренней поверхности пленки фотон и фотон, отразившийся от внешней поверхности, взаимно подавятся. Выходит так, что отражающая способность идеальной четвертьволновой пленки равна нулю.

Проблема состоит в том, что пленка подавляет только фотоны с определенной длиной волны. Однослойное просветление обычно рассчитывается так, чтобы минимальное отражение приходилось на зеленый участок спектра, к которому глаз наиболее чувствителен. Линзы с таким просветлением выглядят фиолетовыми в отраженном свете.

Современная технология позволяет делать просветление линз многослойным. Последовательность слоев, число которых достигает полутора десятков, позволяет снизить отражательную способность линз до 0,5% во всем видимом спектре. Такие линзы дают крайне слабый серо-зеленоватый отблеск, практически не наблюдаемый уже с полусотни шагов.

На заметку: просветленная оптика снайперского прицела зачастую очень хорошо отражает в инфракрасном и ультрафиолетовом спектрах, прекрасно видимых в специальные преобразователи. Поэтому заслонку самого высококачественного прицела снайпер откроет непосредственно перед выстрелом. А голливудские снайперы, разглядывающие пейзаж в оптику, в реальности долго не живут.

Маскировочный костюм болотного паттерна. Если поймают биологи, будут долго удивляться.

Следует упомянуть о том, что просветление линз не просто гасит блики. Согласно законам волновой оптики, свет, который не отразился, никуда не теряется, а проходит сквозь линзу (отсюда и термин). Таким образом, просветление не только снижает заметность снайпера, но и существенно увеличивает светопропускание оптической системы. То есть повышает контрастность изображения. Благодаря такому прицелу снайпер может работать без демаскирующего ПНВ до глубоких сумерек и даже лунной ночью.

Линза с многослойным просветлением стала возможной благодаря самым современным технологиям.

Камуфляжное покрытие оружия не избавляет снайпера от необходимости его дополнительной маскировки. Паттерн покрытия может не соответствовать местности, а винтовок со всеми мыслимыми вариантами окраски не напасешься. Поэтому снайпер обычно изготавливает длинную ленту, используя тот же принцип, что и при создании маскировочного костюма. Эта лента плотно обматывается вокруг винтовки, оставляя открытым только объектив прицела, его регулировочные маховички и затвор. До последнего времени лента на винтовке крепилась специальными завязками, а современные снайперы все чаще используют пластиковые монтажные «затяжки», используемые в электротехнике. Они достаточно тонки и незаметны, имеют исключительную прочность и надежность крепления, не размокают в воде и не болтаются.

В качестве импровизированной маскировочной ленты, используемой в летней растительности, можно использовать обычный бинт, вываренный с листьями и хвоей. Такую ленту надо наматывать в несколько слоев, добиваясь некоторой «рыхлости» и неровности контура, что присуще нерукотворным объектам. Иногда достаточно просто вымазать грязью бинт, уже намотанный на винтовку, по принципу «чем некрасивее, тем лучше». А зимой бинт окажется отличной маскировкой без всяких дополнительных приготовлений.

Камуфляж во флоте

Морякам камуфляжная форма не нужна. Но именно военно-морской флот оказался первым в массовом применении камуфляжа. И этот камуфляж некоторое время был действительно эффективным.

Первая мировая война оказалась куда менее комфортной для флота, чем все военные конфликты прошлого. Подводные лодки, которых за время войны было построено более шести сотен, потопили около шестидесяти боевых кораблей (преимущественно линкоров и крейсеров). Наибольшего успеха в подводной войне добилась Германия, чьи подводные лодки поставили Великобританию на грань поражения. Немногим меньше пострадали и французы.

Попытки замаскировать корабли были обречены на неудачу, ведь создать камуфляж, адаптированный к постоянно изменяющемуся фону моря и горизонта, невозможно и по сей день. А дым из труб сделал бы даже совершенную маскировку лишенной смысла.

Британский морской офицер и художник-маринист Норманн Уилкинсон, служивший в морском патруле, подошел к вопросу маскировки нетривиально. Если нельзя сделать корабль незаметным, то, возможно, получится обмануть глаза подводников?

При атаке корабля подлодкой цель искалась визуально — никаких других средств обнаружения еще не было. После идентификации цели следовало установить направление и скорость ее движения. Зачастую времени на долгие наблюдения не было, так что капитан лодки ориентировался на тип цели, ее предполагаемый курс и вероятную крейсерскую скорость. На основании этих данных и производилась торпедная атака. Ошибка на считанные градусы означала промах.

Не пытаясь скрыть корабль, Уилкинсон предложил раскрашивать корабли контрастно, причем примитивными абстрактными фигурами — треугольниками, квадратами, косыми линиями. Раскраска должна была полностью противоречить здравому смыслу, «разбивать» корпус на неожиданные фрагменты и заставлять глаз видеть что угодно, только не то, что есть на самом деле.

Адмиралтейство взяло идею на вооружение, и новый камуфляж получил название «dazzle painting», то есть «ослепляющая окраска». Теперь немецкий подводник, пытающийся определить тип и курс цели, не мог не только уверенно классифицировать ее. По тому, что он видел в перископ, было трудно даже понять, где у этого корабля нос и сколько этих носов. Силуэт дробился и расплывался, соединяясь цветами то с небом, то с морем.

Поначалу дизайнеры морского камуфляжа (Эверетт Уорнер, Эдуард Уодсворт) подходили к вопросу творчески — окраска кораблей была не только уникальной, но даже отличалась на разных бортах. В дальнейшем были выработаны некие стандартные рекомендации, позволявшие максимально «изуродовать» корабль, сделав его совершенно неузнаваемым. Искажающей окраске подвергались также гражданские суда (как пассажирские, так и транспортные). К примеру, пассажирское судно Mauretania было оформлено настоящей шахматной доской, расположенной диагонально горизонту.

С окончанием войны корабельная «живопись» зачахла. Развитие эффективной авиации сделало ее бесполезной и даже вредной — раскрашенные корабли были прекрасно заметны с воздуха, а появление сонара и радара поставило на «ослепляющей окраске» крест. Похоже, моряки не слишком горевали — морским нравам наверняка претил подобный плавучий балаган.

Шведский многоцелевой корвет Visby с пониженной радиолокационной заметностью.
Эсминец «Чарльз Сперри» — один из последних военных кораблей Второй мировой в «авангардной» раскраске.

Впрочем, была одна попытка ренессанса — в конце Второй мировой войны. После уничтожения авиации Японии некоторые корабли англо-американского флота щеголяли вызывающе яркими углами и полосами на корпусе — японские подлодки были несовершенными и пускали торпеды по старинке, на глазок.

Возможно, третье пришествие пятнисто-полосатых кораблей грядет с развитием stealth-технологий, затрудняющих обнаружение кораблей радарами. Но касаться это будет, скорее всего, только быстроходных катеров и корветов эскорта, имеющих достаточно малую эффективную поверхность рассеяния.

От егеря до снайпера

Вот так выглядит клас-
сический ghillie suite.
А вот так ghillie suite выглядит там, где он уместен.

А теперь настало время познакомиться поближе с той самой специфической одеждой снайперов, которая именуется «маскировочным костюмом». Для обычного пехотинца камуфляж выполняет довольно-таки незамысловатую роль — благодаря ему движущийся человек не выглядит слишком броско и в него значительно труднее целиться. Требования к камуфляжу снайпера куда более серьезные, причем они касаются не только камуфлирующих свойств. Снайперу приходится лежать в грязи, продираться сквозь непроходимые заросли, взбираться на скалы и съезжать с каменистых склонов на собственном заду. Словом, снайпер должен действовать там, где его присутствия меньше всего ждут.

Кроме того, снайпер живет по принципу «все свое ношу с собой». Поэтому его снаряжение должно быть максимально компактным, легким и функциональным — в том числе и пресловутый «лохматый» костюм.

Итак, каковы же требования, предъявляемые к снайперскому маскировочному костюму? Он должен объединять в себе оба принципа маскировки, которые используются в животном мире, — покровительственную окраску и мимикрию. Его расцветка должна максимально соответствовать той местности, в которой работает снайпер, а «лохматость» и бесформенность контура — обеспечивать минимальный шанс распознавания затаившейся человеческой фигуры вне зависимости от того, стоит человек, сидит или лежит.

На заметку: в отечественной литературе маскировочный костюм зачастую именуют «маскхалатом», хотя это и не совсем корректно (маскхалат — всего лишь один из подвидов спецмаскировки), а в англоязычной прижилось ghillie suite — от кельтского gille, означающего егеря-охотника, замаскировавшегося для поимки браконьеров.

Маскировочный костюм не должен впитывать воду, приобретая лишний вес, стеснять движения, заметно менять цвет от грязи и растительных соков, лосниться и отблескивать. Он не должен обнаруживаться акустическими и фотометрическими методами во всех диапазонах, используемых военной разведкой. Он не должен выцветать, люминесцировать в ультрафиолете и пропускать ИК-излучение. Он должен быть достаточно прочным, чтобы выдерживать неизбежные рывки о сучья и острые камни.

От такого комплекта не откажется ни один снайпер
в мире.
Возможно, перед вами первая встреча представителя человечества с представителем народа вуки.

Таким образом, основа снайперского маскировочного костюма — это натуральные материалы, не выделяющиеся на фоне растительности в видимом, инфракрасном и ультрафиолетовом спектрах. Эти материалы должны быть должным образом обработаны, чтобы не впитывать влагу, и окрашены стойкими, но тщательно подобранными по спектру поглощения красителями. Требования к прочности вынуждают использовать в составе тканевой основы полиэфирные нити, известные как лавсан или терилен. Эти полимеры крайне слабо люминесцируют, не накапливают статический заряд и не теряют прочности во влажном состоянии.

Основа «лохматой части» маскировочного костюма, предусматривающего ношение поверх обмундирования, — это мелкоячеистая сетка. В некоторых случаях допускается использование в качестве основы стандартного армейского обмундирования или летного комбинезона. Но такой костюм будет очень жарким, поэтому его применение возможно только в холодное время года.

Для наружного «объемного» покрытия используются чаще всего джутовую нить или лыко (обработанное и окрашенное подкорье липы). Нити по одной или пучками продергивают сквозь основу и закрепляют узлами, покрывают ими всю поверхность, добиваясь максимальной хаотичности расположения цветов и избегая образования контрастных однотонных пятен.

Выкройка костюма выполняется таким образом, чтобы в нем было как можно меньше швов, снижающих прочность на разрыв. Голова, спина, рукава и задняя часть штанов непременно делаются «лохматыми», а те места, которыми снайпер прилегает к земле, могут быть выполнены из обычной крепкой ткани с соответствующим камуфляжным паттерном. В конструкции костюма предусматриваются крепления (пистоны, петли, тесемки и т.п.) для дополнительных элементов камуфляжа — веток, соцветий, пучков травы. Такая маскировка делает костюм максимально адаптированным под местность.

Конструкция маскировочного костюма может быть самой разнообразной — от простейшей накидки или пончо до комплектов, состоящих из четырех частей (куртка, штаны, капюшон и лицевая маска). Комплекты обеспечивают более надежную маскировку и не мешают скрытно передвигаться, а куртка и штаны, будучи вывернутыми наизнанку, служат превосходным теплоизолятором. Накидка же, несмотря на ряд эксплуатационных неудобств, имеет еще одну очевидную и крайне полезную функцию — ее можно использовать как подстилку, одеяло и даже гамак, если есть риск нападения змей, пауков или насекомых.

Это интересно: в литературе описан случай времен Великой Отечественной войны, когда разведчик, работавший в немецком тылу, был вынужден провести несколько дней в глубине белорусских болот. Это было ранней весной, немцы знали, что на болоте нет сухих участков, а продержаться по грудь в ледяной воде можно едва ли пару десятков минут. Однако разведчик подвесил маскировочную накидку к двум чахлым деревцам и провел в импровизированном гамаке несколько дней, пока немцы не сочли его погибшим от холода и не сняли оцепление.

В городских условиях цветистость ни к чему. Безопаснее выглядеть мусорным мешком.
Похоже на то, что этот танк водит дружбу со снайперами.
Импровизированное применение маскировочной сети дает вполне сносный результат.

Кроме маскировочных костюмов, снайперы зачастую пользуются камуфляжной сетью, натягиваемой в растительности вертикально. Такая сеть делается по тому же принципу, что и костюм. При правильном размещении она работает по принципу тюлевой занавеси на окне — сквозь ячейки хорошо видна местность, а снайпера заметить невозможно. Глаз наблюдателя не может определить, скрывается ли что-то за освещенной поверхностью, сливающейся цветом с растительностью. К тому же сеть прекрасно скрывает и рассеивает дым от произведенного выстрела. Дополнительное удобство сети — снайпер может себе позволить шевелиться, не опасаясь демаскировки.

К вопросу о леших и кикиморах

На сегодняшний день выпускается множество образцов маскировочных костюмов всех мыслимых расцветок, конструкций и очертаний. Кроме изделий военного назначения, удовлетворяющих самым строгим требованиям, доступны костюмы для охоты, страйкбола и хардбола. Они, разумеется, непригодны для использования снайперами и разведчиками, но выглядят практически неотличимо.

Отечественная промышленность выпускает несколько вариантов деформирующего камуфляжа — маскировочные костюмы и халаты (накидки с капюшоном) под торговыми марками «Леший», «Кикимора», «Шаман». Отличаются они наличием или отсутствием рукавов, а также фактурой и плотностью объемного покрытия. Ассортимент, предлагаемый европейскими и американскими производителями, гораздо богаче — он насчитывает несколько десятков наименований, причем зачастую маскировочный костюм продается в комплекте с камуфляжной лентой для оружия, дополнительным материалом для кастомизации и набором грима для лица.

Специфика снайперской работы такова, что они едва ли не ежедневно должны что-то менять в его расцветке и фактуре — два раза на одном месте они редко появляются, а для выполнения боевых задач требуется тщательное применение к местности. Эта работа очень трудоемка и отнимает много времени. Но подавляющее большинство снайперов предпочитают пользоваться маскировочными костюмами, созданными их руками, а не изготовленными производителем.

Охотничья «кикимора» вполне подойдет и снайперу, нашед-
шему пристанище в камышах.
Вот так, наверное, и должен выглядеть идеальный камуфляж. Даже в стоящем человеке признать человека сложно.
Достаточно залечь сразу после выстрела — и искать виноватого будут долго.

Для военнослужащих SOF, разведчиков морской пехоты и армейских снайперов США поставляются комплекты для самостоятельного изготовления маскировочного костюма, именуемые GSAK (Ghillie Suite Accessory Kit). Комплект, обходящийся армии США в 250 долларов, состоит из семнадцати изделий, уложенных в мешок, используемый впоследствии для хранения костюма. В его состав входят полосы из джутовой мешковины четырех цветов, грубая парусина, нейлоновые шнуры, швейные иглы, нитки, формовочная пена, крепежные ремни, грим для лица, двухсторонние брюки, рукавицы, куртка на меху, камуфляжная маскировочная сетка, подтяжки для брюк.

Проходя подготовку на военной базе Форт-Беннинг, будущие снайперы не только приобретают навыки точной стрельбы и наблюдения. Они также учатся создавать маскировочные костюмы, пригодные не только для решения учебных задач, но и для дальнейшего использования. Бойцу выдаются компоненты костюма, из которых в процессе обучения в спецшколе он сам изготавливает костюм по своему размеру и согласно предстоящим задачам. По окончании курса обучения костюм переходит под полную ответственность снайпера.

Охота с луком требует хорошего камуфляжа. Стрела летит недалеко, так что к дичи прихо-
дится подкрадываться вплотную.
Это не ботаники. Это курсанты-снайперы, собирающие маскировочный материал для своих «гилли».
Пейнтбол тоже стремится к реалистичности. Если уж пули несерьезные, так хоть камуфляж настоящий.

Заключение

Говорить о каких-либо перспективах и инновациях, касающихся снайперского камуфляжа будущего, трудно. Как вы уже наверняка поняли, маскировка — это действительно самое настоящее искусство. И путь к этому искусству тот же, что и к любому другому, — неустанный труд и опыт. Разумеется, современные технологии активно осваиваются снайперами. Прочные и невыцветающие ткани, красители, не выделяющиеся во всех оптических диапазонах, химические препараты, снижающие заметность снайпера, — все это используется и будет использоваться. А всяческие поистине революционные решения (наподобие костюма инопланетного охотника из фильма «Хищник») еще долго будут существовать только на киноэкранах. А может быть, и никогда с него не сойдут. Слишком сложно — это слишком ненадежно. А снайпер тяготеет к простоте, предсказуемости и надежности.

Ну вот, пожалуй, и все, что я хотел вам рассказать о снайперской маскировке. Разумеется, эта тема неисчерпаема, поскольку нет предела человеческой хитрости и изобретательности, но место в журнале, к сожалению, ограничено. До новых встреч. И будьте счастливы при малейшей возможности.

обсудить на форуме
Статьи появляются на сайте не ранее, чем через 2 месяца после публикации в журнале.
ЧИТАТЕЛЬСКИЙ
РЕЙТИНГ
МАТЕРИАЛА
8.3
проголосовало человек: 516
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
вверх
Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования